Дом-интернат в поселке Красная Слобода в километрах 30 от Солигорска, тихое место на берегу реки Вызенки… Это приют одиноких стариков и инвалидов. Их истории трогают многих, и люди едут сюда не только поговорить, но и помочь.

Уверена, что среди сотен моих командировок эта оказалась самой сложной, хотя она никак не связана с дальней дорогой, ранним подъемом или еще с чем-то, с чем приходится сталкиваться журналисту. Возможно, только человек с каменным сердцем не вздрогнул бы от посещения места, которое у многих вызывает тревогу и даже страх. Но это дом, и для кого-то он — единственный и самый что ни на есть родной и настоящий. И жители в нем тоже настоящие. Так же, как и деревья, посаженные много лет назад во дворе, и различные сказочные персонажи-скульптуры… Там нет высокого забора, но мир другой, особенный. А тех, кто живет в психоневрологических домах-интернатах, называют по-разному — воспитанники, насельники, постояльцы… К ним в поселок Красная Слобода Солигорского района я и направилась вместе с группой волонтеров, которые заслуживают отдельного внимания. С них и начну.

ИДЕЯ заняться волонтерской деятельностью и взять под свою опеку сирот, инвалидов и душевнобольных пришла в голову смолевичанке Оксане Живицкой в 2005 году. Тогда в один из лагерей отдыха на Минщине, где она работала вожатой, привезли воспитанников Грозовского психоневрологического дома-интерната, что в Копыльском районе. Молодая девушка еще не понимала, с кем и с чем ей придется столкнуться:

— Я раньше не видела таких деток. Они по ночам хватали хлеб из столовой и запивали водой, набирая ее в бутылки, как будто годами не ели и не пили. Вы же понимаете специфику их здоровья? Мне было очень тяжело морально. Предложила будущему мужу купить каждому из них по шоколадке, хотелось хоть как-то порадовать. В итоге привезли по коробочке печенья и вафель. Потом узнала, что в Смолевичской больнице лежит ребенок-отказник Даник. Пошла к нему вместе с одной девочкой, ходила так месяца два или три. Параллельно искала информацию в интернете о детях, оставленных в других больницах. Однажды натолкнулась на крик о помощи — дому ребенка требовались сандалики. Сразу купила несколько пар, плюс песочные наборы для игр, ведерки и лопатки. Потом стала обращаться к знакомым в городе, собирала целые сумки. Как-то попросилась в группу волонтеров к одной девушке, ее нашла через интернет, но меня не взяли. Расстроилась, решила поехать самостоятельно куда-нибудь. Познакомилась в соцсетях с минчанкой Надей Яковлевой, она тогда работала в приюте, сейчас — в столичном детском доме. Сдружились, от нее узнала о Червенском доме-интернате. Это же совсем рядом! В тот же день подняла на уши всех, кого знала, нашла телефон директора интерната. За два месяца собрали хорошую помощь, правда не денежную, и вместе с новой командой поехали в Червень в конце июня 2012-го. Колесили по 4—5 раз в год. 

Соратниками по благому делу для Оксаны стали минчане Светлана Рублевская, Светлана Васильева, Надежда Яковлева и Виктория Качарская с мужем. В следующей поездке присоединился столичный предприниматель Дмитрий Борейчук с другом Сергеем Ботяном. Сейчас в команде волонтеров жены белорусского хоккеиста Алексея Калюжного — Мария и футболиста Сергея Кисляка — Юлия.

— В Червенский интернат приезжали как к себе домой, — поддерживает разговор Светлана Рублевская. — Тогда директором был мужчина, открытый и душевный человек. А для меня самое главное, чтобы дети были чистые и накормленные. Это показатель работы руководства. Плюс воспитанники его любили, со стороны было видно. Дом-интернат стал и для нас родным. Всех детей, с которыми мы познакомились 7 лет назад, помним, знаем судьбу каждого. Многих со временем распределили в другие учреждения, они стали старше, уже далеко не дети. Часть попала в Краснослободской дом-интернат. Едем туда впервые, но знаем, что нас ждут. 

Светлана Рублевская с воспитанницей дома-интерната.

Светлана Рублевская с воспитанницей дома-интерната.

МОЛОДЫЕ женщины, у которых есть семьи, взвалили на себя сложную и благородную миссию, став практически для воспитанников мамами. Во-первых, в этом убедилась лично, приехав в Красную Слободу, — из дверей интерната выскочили «дети», стали обнимать волонтеров со словами: «Мама приехала». Там были и слезы радости, и обиды из-за того, что их долго не навещали. Во-вторых, та же Оксана Живицкая, как оказалось, стала крестной Мишки — сына одной из бывших воспитанниц Червенского интерната Людмилы. 

История необычная. У взрослой девушки случилась любовь с парнем-дворником, разрешили уехать с ним в одну из деревень Столбцовского района. Люда вышла замуж, родила мальчишку, а крестной пригласила «свою маму» Оксану, крестным стал волонтер Дима из этой же команды. С тех пор вторые родители ездят в гости к Мишке. Кстати, у Оксаны двое своих сыновей, а Светлана вообще многодетная мама, сейчас в декретном отпуске. 

На мой взгляд, к таким поездкам нелегко привыкнуть. Женщины признаются, первые года два плакали, особенно когда возвращались домой. Просматривать тысячи фотографий, сделанных за столько лет, не хватает душевных сил. Особенно тогда, когда узнают что кто-то из воспитанников ушел из жизни. 

— Это как уход близкого человека, тяжелая потеря, — говорит «главная мама». — Был человек и нет. Мы все переживаем из-за этого, плачем. Новые люди иногда просятся с нами в поездку, но чисто из любопытства. Обычно собирается группа из 8—15 добровольцев, но постоянных около 10. Слышала не раз: «Ой, я бы поехала посмотреть!» А что смотреть? Это не шоу! Было и такое, что ездили с нами, чтобы попозировать перед камерой на фоне, например, сумок или коробок, в содержимое которых вложили не больше рубля. Вот, посмотрите, какие мы молодцы! Смотришь на это со стороны, становится неприятно. Нужно молча помогать. И не килограммом конфет или новогодним подарком в коробочке, хотя и это необходимо. Одними сладостями не обойдешься. Вот, например, большая проблема с подгузниками для взрослых, они дорогие. А в интернатах много лежачих. На те деньги, которые удается собрать у неравнодушных (за что им отдельная и бесконечная благодарность), мы закупаем обувь, одежду, нижнее белье, носки, игрушки, банные и канцелярские принадлежности… Иногда люди сами вещи приносят, мы публикуем список. У меня раньше квартира и балкон были завалены мешками и пакетами. Сейчас в Минске организовали склад. Помогают активно минчане, Света Рублевская собирает сумки по всему городу. Все прозрачно, после каждой поездки с разрешения администрации интерната предоставляем фотоотчет в группе в соцсетях, фотографируем не только воспитанников, но и подарки с покупками. Но не все снимки показываем из этических соображений. Бывает, что лицо инвалида или ребенка закрываем каким-нибудь сердечком. 

ПОДАРКИ любят все, особенно дети. А душевнобольных людей можно приравнивать к детям, хоть и давно перешагнувшим границы этого возраста. Они как-то особенно пристально смотрят тебе в глаза, называют мамой, просят погладить их по голове и приласкать, прижимаются и берут за руку. И таких «детишек» в Краснослободском психоневрологическом доме-интернате 120! До полного комплекта не хватает 7 человек — ровно столько, сколько способен вместить в себя интернат, открытый в августе 2018 года. 

До него из Минска ехали на автомобиле с Оксаной и Светланой. Я поначалу наивно думала, что вся помощь уместилась в одном багажнике. И только при подъезде к Солигорску мы объединились с грузовым микроавтобусом, доверху набитым гуманитаркой. А когда для его разгрузки понадобилась помощь постояльцев интерната, у меня был шок. Одного только сока 120 литров и 100 упаковок подгузников. Последние купила одна из частных фирм Минска, увидев репост группы в интернете.

Пока разгружали машину, я думала: таких людей, как эта группа волонтеров, к счастью, немало. Но о них практически не пишут в газетах, лично я не встречала. Они не заявляют громко о себе, только создают группы в соцсетях и просят помощи у таких же неравнодушных людей. Спросила: есть ли название у команды? Нет.

 

Это не организация, не фонд, и те же машины заправляются бензином из личного кошелька. Почему-то вспомнила сказку «Морозко», где Иванушке, чтобы избавиться от медвежьей головы, нужно было сделать доброе дело, не задумываясь о том, «что мне за это будет». Это и есть главное качество таких волонтеров, на мой взгляд. И, по словам Оксаны, зачастую люди просят не называть их имена, когда приносят пакеты или перечисляют средства. Иногда она и сама не знает, кто конкретно помог. В соцсетях незнакомцы делают репост страничек группы. 

 Благодаря этому на просьбу волонтера Нади Яковлевой однажды откликнулся Национальный олимпийский комитет, перечислив около 10 000 долларов Червенскому дому-интернату. Одна из крупных частных компаний по производству чая при сотрудничестве с волонтерами провела аукцион по продаже посуды, расписанной детьми-инвалидами, и вырученные средства, а это примерно 30 000 долларов, направила на расчетный счет того же интерната в Червене.

 Естественно, не стоит забывать и о мошенниках, собирающих под эту марку себе на пропитание. Только чаще всего просят деньги, и нужно быть очень осторожными, чтобы не повестить на их «благое дело». Сталкивалась с мошенниками и Оксана Живицкая, когда под ее именем «добрые люди», даже из России, просили денежную помощь. Грязи хватало и от тех, кто оставлял свои оскорбительные комментарии под фотографиями. Эти, как правило, могут только говорить, но не делать. Поинтересовалась: возникало ли желание оставить волонтерство? Оказывается, да:

— Правда, скорее взять перерыв, чем оставить. Одно время пришлось серьезно заниматься здоровьем собственного ребенка, и у мамы обнаружили тяжелую болезнь. Тогда не до интернатов было, голова кругом шла, на все не хватало сил. Но понимаю, что бросить не смогу. Иногда думаю: как я буду этим заниматься лет через 10 и больше? Потяну ли?

Помощь, собранная волонтерами.

Помощь, собранная волонтерами.

ЗА 7 лет команда волонтеров не единожды побывала в Червенском доме-интернате, ездили в Ждановичский (Минский район), Сенненский (Витебская область), Грозовский (Копыльский район), Великолетчанский (Витебский район), Минский и Витебский интернаты, Борисовский и Слуцкий дома ребенка, посещали приюты.

Оксана из Смолевичей везла большого серого медведя. Игрушку от «мамы» ждала Машка — солнечная девочка с болезнью Дауна. И пока мы были в интернате, она с подарком не расставалась. 

— Есть дети, которые, наверное, ждут тебя больше всех, — поясняет Светлана Рублевская. — У Оксаны — Маруся, у меня — Сережка, у него тоже синдром Дауна. Давно его не видела, после родов не получалось съездить. Они смешные и особенные, стараются любыми способами обратить на себя внимание. Могут обидеться и уйти, чтобы за ними пошли. Иногда ложатся на пол в знак протеста. Но они все добрые... 

 Источник: sb.by

Для добавления комментариев необходимо зарегистрироваться на сайте или войти под уже существующим именем. После чего под статьей появится форма добавления комментария.

Популярные объявления