0
0
0

В эти морозные январские дни 75 лет назад измученный, разбитый, но непокоренный Ленинград ликовал: город был полностью освобожден от фашистской блокады. В обороне «колыбели революции», разрыве кровавого гитлеровского кольца участвовали и наши земляки. Один из  них – уроженец деревни Октябрь летчик Павел Рускевич, помогший уничтожить   ужасную «Большую Берту»….

 Павел Рускевич в Октябрьской школе

Павел Рускевич в Октябрьской школе

КРОВАВАЯ «БАБА ЯГА»

За 872 дня героической обороны фашисты сбросили на Ленинград 5 тысяч фугасных, 100 тысяч зажигательных бомб, выпустили 150 тысяч артиллерийских снарядов. Но особый страх у защитников города вызывал скрежет летящего снаряда «Большой Берты». Это орудие немецкие конструкторы назвали «Бертой» - в честь внучки металлургического, машиностроительного магната, «пушечного короля» Альфреда Круппа. Но разрушительная сила «внучки» была ужасная. Снаряд весом в 900 килограммов пушка посылала на 14 километров.

При взрыве фугасный заряд образовывал воронку глубиной более 4 и диаметром 10,5 метра. Осколочный разрывался на 15 тысяч кусочков смертоносного металла, сохранявших убойную силу до двух километров. От бронебойных не спасали даже двухметровые перекрытия из стали и бетона. Врезалось взрывчатое вещество, массой в средний легковой автомобиль, в многоэтажный дом – уцелеть кому–то из его жителей шансов практически не было... И когда гитлеровское командование решило стереть с лица Земли непокорный Ленинград, «Большую Берту» срочно перебросили к осажденному городу…

Коты, спасшие город от грызунов. Практически все домашние животные были съедены жителя осажденного Ленинграда уже в первую блокадную зимы. Из-за отсутствия кошек страшно расплодились крысы. Под угрозой оказались скудные запасы продовольствия. Тогда было решено завести котов из других регионов страны. В 1943 году четыре вагона прибыли из Ярославля. Они были заполнены кошками дымчатой окраски – именно их считают лучшими крысоловами. Кошек раздали жителям и через короткое время крысы были побеждены.

Летчики не раз получали приказ: найти орудие и уничтожить! Но хотя это была громадная, массивная установка, весом более 400 тонн, обнаружить ее не удавалось никак. Даже после того, как по фронту предполагаемого нахождения «Берты» поставили посты, пеленгующие место выстрела по звуку. Дежурившие на этот случай штурмовики ИЛ–2 моментально поднимались в воздух, на всех скоростях мчались в район, откуда только что выпустили снаряд. Но многотонная громадина словно испарялась. А через некоторое время опять посылала блокадникам страшный «подарок». В охоту на «Берту» включались лучшие воздушные разведчики, ассы. Всё бесполезно. За способность мастерски скрываться в ленинградских лесах наши солдаты прозвали орудие-призрак Бабой Ягой.

ПРИКРЫТЫЕ… РИСУНКОМ

Однажды неразлучные друзья - лётчик, россиянин лейтенант Григорий Гузеев и штурман, белорус младший лейтенант Павел Рускевич - на ИЛ-2 выполняли привычное для их задание -– фотографировали вражескую систему укреплений, снимки передавали напрямую командующему артиллерией Ленинградского фронта. Потом вновь поднимались в воздух, и сверху корректировали огонь наших батарей по выявленным объектам. Опасность, напряжение всегда были предельными: летали без прикрытия, и скоростной, грозный немецкий истребитель в любой момент мог «угостить» очередью из–за облаков, да и десятки вражеских зениток выжидали, когда штурмовик опустится ниже 3 километров, чтобы дать прицельный залп.

«Большая Берта» готовится к выстрелу

В тот раз авиаторы удачно сфотографировали заданный квадрат, развернулись на обратный курс.

125 граммов хлеба  Именно такой минимальный паек получали дети, служащие и иждивенцы в самый сложный период осады Ленинграда. На долю рабочих приходилось 250 граммов, по 300 грамм выдавали участникам пожарных бригад, учащимся училищ. 500 грамм получали бойцы на переднем края обороны. Блокадный хлеб состоял в значительной степени из жмыха, солода, отрубей, ржаной и овсяной муки.

И тут внизу вдруг бабахнуло. Сомнений не было: "Большая Берта"! Штурман моментально сфотографировал орудие. Для верности сделали второй заход. Но – ни пушки, ни единого выстрела с земли. Гитлеровцы посылали сигнал, дескать, вы ошиблись, никакого орудия тут нет… И вылетевшие в указанный летчиками квадрат бомбардировщики проклятой пушки не обнаружили…

Гузеев и Рускевич поднялись в воздух опять, начали тщательно изучать каждый квадратный метр подозрительного места. И распознали «Берту» под … громадным покрывалом. Оказывается, после выстрела артиллеристы тут же натягивали на «Берту» громадную ткань, на которой в натуральную величину нарисованы шпалы, рельсы. Хитро! Покружат над орудием наши лётчики, кроме сплошной линии железной дороги ничего не обнаружит – и назад на аэродром не солоно хлебавши… А гитлеровцы паровозиками оттащат «Берту» назад или вперёд, снимут покрывало, выстрелят – да опять под нарисованные шпалы, рельсы спрячут.

«Большая Берта» готовится к выстрелу

Младший лейтенант Рускевич тут же передал координаты страшного орудия командованию. В его сторону сразу же повернулись стволы двух артиллерийских дивизионов. Лётчики–фотографы с воздуха стали корректировать их огонь. Для страховки ИЛ–2 уже прикрывали несколько истребителей. 20–летний штурман с максимальной точностью выдавал координаты гитлеровского источника смерти. Но «Большая Берта» не стояла на месте, пыталась ускользнуть. Один залп мимо, второй тоже… Наконец массированный удар пришёлся точно в цель, десятки снарядов превратили грозную «Большую Берту» в груду искореженного металла. За что Григорий Гузеев был награждён орденом Отечественной войны I степени, а Павел Рускевич – орденом Красного Знамени.

С НЕБОМ ПОРОДНЕННЫЙ

К боевому экипажу судьбы была снисходительной. На своём ИЛе друзья и потом не раз попадали в опасные переплёты, но опыт, мужество и элементарное везение помогли им остаться целыми, невредимыми до конца войны. Правда, чуть не погибли уже четыре месяца спустя после Победы. В эскадрилье, которая перебазировалась из Чехословакии в Венгрию, опытные Гузеев и Рускевич были ведущими. У подножья Карпат вдруг заглох мотор. Самолёт начал падать. Огромными усилиями лётчик отвернул от церкви, куда ИЛ–2 нёсся с большой скоростью. Чудом смог на доли мгновения задержаться в воздухе, перетянуть через кладбище с множеством каменных надгробий, крестов. И боевая машина пропахала окраину кукурузного поля…Команда техников, прибывшая на место вынужденной посадки, обнаружила друзей раздетыми до пояса и загоравшими на фюзеляже штурмовика. С многочисленными ссадинами, кровоподтёками, но улыбавшихся. Самолёт был искорежен так, что о его восстановлении не было и речи. Что и говорить, повезло летунам!

Проблема с табаком. Кроме проблем с нехваткой продовольствия, была острая нехватка табака и махорки. При производстве в табак для объема стали добавлять самые разные наполнители – хмель, табачную пыль. Но даже это не могло полностью решить проблему. Тогда было решено использовать для этих целей листья клена – они лучше всего подходили. Сбором опавших листьев занимались школьники, которые собрали их более 80 тонн. Это помогло сделать необходимые запасы эрзац-табака.

После войны Григорий Гузеев командовал эскадрильей в Гатчине. Уволился в запас в звании полковника, остался жить в Ленинграде. С городом их боевой молодости связал дальнейшую жизнь и Павел Степанович. Женился на бывшей блокаднице Зое. Долго летал, потом был диспетчером в одной из авиачастей. 

Приезжая в гости к родным, о фронтовых буднях полковник Рускевич особо не распространялся: мол, воевал как все.

- Подробности истории с «Большой Бертой» до земляков дошли от его жены, Зои Николаевны, - рассказывает директор Октябрьского учебно – педагогического комплекса детский сад – базовая школа Галина Сергеевна Гайчук.- Узнав, что на родине летчика, в деревне Октябрь, ученики собирают материалы о сельчанах, воевавших с фашизмом, она передала ребятам ленинградскую газету, где целая полоса посвящалась экипажу Гузеева и Рускевича, их поединку с «Большой Бертой». Потом об этом с нашими учениками делился воспоминаниями и сам Павел Степанович. В музее бережно хранятся документы, рассказывающие о героизме летчиков...

А в Артиллерийском музее Санкт–Петербурга сохраняется огромный ствол «Большой Берты», уничтоженный с помощью нашего земляка.

Владимир БЫЧЕНЯ

 

Акция !!!