telegram lider-press

Аня, Слава и их сынишка Герман жили в украинском приморском городе Мариуполе. У семьи Снежко была там собственная трехкомнатная квартира с видом на море и свежим ремонтом, который удалось сделать еще до рождения малыша. Счастливая семейная жизнь, материальное благополучие и успешная карьера открывали возможности для дальнейшего развития и способствовали реализации многочисленных планов. Но внезапно беда постучалась в их дом.

– Когда началась война?

– В Мариуполе начались первые волнения еще с марта 2014 года. Мы жили в центре города, и неподалеку, возле исполкома, собирались люди, строили баррикады, жгли покрышки, и даже слышались автоматные очереди. В какой-то момент стало страшно, но совсем не хотелось верить, что это может превратиться во что-то серьезное. Мне было 28 лет, мужу – 29, а сыну – год и 6 месяцев.

Слава Богу, что накануне трагических событий 9 Мая, произошедших в Мариуполе, мы запланировали поездку на праздники к моим родителям, проживавшим в городе Ясиноватая, который находится в 150 км от Мариуполя и в 18 км от Донецка. Из сводок новостей мы узнали, что в Мариуполе происходили эпизодические столкновения между силовиками и повстанцами, что привело к гибели около 10 человек, сожжению здания городского РОВД, пропаже без вести людей и захвату города вооруженными отрядами боевиков. Мы находились с сыном в родительском доме до начала июля 2014 года. За это время умирает мой папа от онкологии, а возле города разрастаются вооруженные блокпосты, летают истребители. Мы быстро решаем с мамой отправиться в Мариуполь, который на тот момент был освобожден. Военные противостояния тогда происходили возле города, но в нескольких десятках километрах от него.

Я часто думала о том, что папа своей смертью (папа был лежачий, и ему нужен был особый уход) спас маму и нас с сыном от того ужаса, что творился дальше в Ясиноватой: разрушенные многоэтажные дома, пожары, случайные смерти и жуткие травмы людей от снарядов.

Находясь в Мариуполе больше месяца, мы читали чудовищные новости о разгромах в городе, смотрели фото колоссальных разрушений машиностроительного завода, который был градообразующим.

Кстати, одна из горнодобывающих машин, сделанная на Ясиноватском машиностроительном заводе, стоит в Солигорске на развилке дорог в районе 1-го РУ. Это как частичка памяти о моем родном городе.

– Как скоро вы приняли решение о переезде и что этому поспособствовало?

– Утром 25 августа мне позвонила близкая подруга, которая жила в Новоазовске, что в 50 км от Мариуполя, и сообщила, что сейчас происходит обстрел города из системы «Град», а они сидят в подвалах. Конечно, это стало последней точкой в нашем решении уехать, так как следующим пунктом завоевания должен был стать крупный промышленный Мариуполь – город с населением более чем 500 тысяч человек.

Мы за пару часов собрали вещи, позвонили моей тетке в город Канев Черкасской области и предупредили о приезде. Ехали более 15 часов на машине по убитым украинским дорогам. Важно было приехать туда, где будет безопасно нам и ребенку, – вспоминает Анна.

Анна с мамой и сыном остались в Каневе и жили почти месяц в обычном деревенском домике на краю города, лишенные всяких современных радостей жизни. Ее муж Вячеслав вернулся в Мариуполь и попутно искал работу поближе к семье. Как-то в Канев приехала тетушка мужа, с которой девушка виделась лишь единожды на собственной свадьбе. Увидав, в каких условиях они жили с малышом, она предложила поехать на пару недель погостить к ней в Беларусь и посмотреть страну, в которой они никогда не были. Семье было нечего терять: они поехали с чемоданом вещей на непродолжительный период.

– Почему переехали именно в Солигорск?

– В этом городе живет уже много лет наш ангел-хранитель, дорогая тетя Оля, которая предложила нам с сыном вместо двух недель перезимовать в Солигорске. Возможности переезжать куда-то в другую страну не было: отсутствие финансов, которые были вложены в ремонт квартиры, маленький ребенок, которого пока не определишь в сад, да и вообще непонятная ситуация. Мы все надеялись, что война быстро закончится и можно будет вернуться домой. С тех пор живем в Беларуси более шести лет.

– Какой статус вы здесь получили?

– В октябре 2014 года муж уволился с работы в Мариуполе и приехал к нам. Здесь он случайно в газете нашел объявление о вакансии инженера-наладчика в Управлении автоматизации в «Беларуськалии». Слава как раз на подобной должности проработал уже более 10 лет на Мариупольском металлургическом комбинате им. Ильича в Украине. Он сходил на собеседование и ему сказали: «Оформляйте вид на жительство, будем ждать, вы нам подходите».

Так как прадед супруга родился в Беларуси, он подал документы на предоставление ВНЖ в отдел миграции и получил его, а потом уже по воссоединению с семьей и нам также выдали этот документ.

– Как обживались первое время после переезда?

– Полгода жили у тети Оли. Муж был на подработках различных, мы потихоньку собирали деньги, чтобы самостоятельно снимать жилье.

С марта 2015 года супруг устроился на обещанную должность, и мы переехали в съемную квартиру. Я стараюсь развиваться в фотографии, размещаю бесплатные объявления на местных интернет-порталах, чтобы как-то люди обо мне узнали. Будучи в Мариуполе, я окончила фотошколу, но становление меня как фотографа так и не произошло из-за переезда.

Вначале было очень тяжело. Мы могли позволить себе готовить лишь из наборов для бульона, но мясо с костей в основном давали сыну, так как ему было нужнее. Тетушка помогала продуктами со своего огорода. Стиральной машинки не было, восемь месяцев я стирала одежду вручную, после чего у меня началась аллергия.

Я долго думала: за что мне все это? Раньше не понимала, как это люди в 30 лет живут на съемных квартирах и не имеют своих. А тут я осознала, что случаи бывают разные, и отсутствие материального – это не всегда вина самих людей. Ведь с каждым может произойти что угодно. Если человек сильный, он справится с любой ситуацией. Вот и нам пришлось менять место жительства и искать возможность перевезти свою технику и немного вещей из Украины. Постепенно в новой съемной квартире жизнь стала более-менее налаживаться, – делится горьким опытом Анна.

В сентябре 2015 года Герман идет в детский сад, Анна начинает искать работу. Девушка всегда была социализирована и всю свою сознательную жизнь старалась участвовать во всех интересующих ее мероприятиях в качестве организатора и волонтера. В Солигорске нашей героине не хватало активных развлечений по духу. Как-то она узнала, что в местных заведениях проходят различные квизы (викторины. – Прим. авт.). К тому же ей всегда нравились подобного рода развлечения. Участвуя в интеллектуальных играх, Аня проявляла свои лидерские качества и совсем не знала, что в ее команде играет директор IT-компании. После одной из игр он поинтересовался у девушки, не ищет ли она работу. На тот момент Аня была как раз в поиске. После собеседования девушка проходит практику и с января 2016 года официально устраивается в IT-компанию на должность руководителя проекта. Тут пригодилось и основное образование – инженер компьютерных наук.

– Потихоньку я фотографировала, но это были творческие или благотворительные съемки. Попав в нелегкое положение, я всегда старалась помочь людям, которые также оказывались в непростой ситуации. Для меня важно дарить людям добро и проявлять участие. Очень хочу показать достойный пример воспитания своему сыну.

Я четыре года работала в IT-компании и все это время старалась развиваться в фотографии: ходила на мастер-классы, делала творческие съемки. Иногда получалось работать с более серьезными проектами: свадьбы, семейные фотосессии. Нередко было очень сложно, но я не забросила свою мечту.

– Как складывается ваша жизнь сейчас?

– Муж мой продолжает работать в «Беларуськалии» на прежнем месте. Очень надеюсь, что его труд и ответственность заметит начальство и предложит ему более достойную должность. Я занимаюсь семьей. Год этот выдался непростым для всех. Так как для украинцев открыт шенген, я хотела путешествовать по Европе, брать заказы на съемку и таким образом открывать еще больше для себя прекрасный мир фотографии. Увы, в этом году такого не произошло. Мы живем здесь и сейчас и не сожалеем ни о чем. К любым жизненным моментам стараемся относиться философски. Ведь любая ситуация порождает ряд событий, которые могут привести к чему-то хорошему.

– Бываете ли вы на родине?

– Я в 2015 году была один раз проездом в Киеве. Мне надо было уволиться из компании в Донецке, в которой тогда работала ведущим специалистом Департамента по персоналу в банке. Офис компании переехал на тот момент в столицу Украины. Муж с сыном один раз были в Мариуполе в прошлом году у родственников. Я работала и не смогла поехать с ними.

Моя мамочка, которой сейчас 77 лет, продолжает жить и работать врачом в Ясиноватой. Она приезжает к нам два раза в год. Эта героическая и сильная женщина, несмотря на минные поля и разрушенные мосты, шла к нам с чемоданом и сердцем, полным надежд, – на встречу со внуком и нами. Мама находилась по 10 часов на блокпостах, чтобы пройти контроль и попасть на территорию Украины.

 

г. Ясиноватая – часть Донецкой народной республики (ДНР). Чтобы попасть на территорию Украины из ДНР, необходимо заказывать специальный пропуск в город, из которого можно добраться до Киева, а уже оттуда – выехать в Беларусь.

 

Я много раз просила маму остаться здесь с нами, но она не соглашается. У человека слишком глубоко проросли корни в том месте, где она прожила столько лет, и менять что-то в ее возрасте уже сложно.

– Собираетесь ли остаться в Солигорске? Какие мечты на будущее? – Мы бы очень хотели жить в мирной стране. Дай Бог, чтобы никто не знал, что такое война, что такое потери, что такое не видеть маму больше года в связи с закрытием границ. Боюсь мечтать о далеком будущем, так как один раз уже были четкие планы, что мы будем жить в процветающем Донецке, будем путешествовать по миру, у нас будет замечательная работа и прекрасные перспективы. Но все изменилось в один миг.

Наталия ЧЕМБАРОВА

Фото из архива семьи Снежко

Для добавления комментариев необходимо зарегистрироваться на сайте или войти под уже существующим именем. После чего под статьей появится форма добавления комментария.

Имиджевая чая