OZ.by - не только книжный магазин

Поиск по статьям

Войти

Петля для «Ворона»

В деревне Долгое есть памятник Герою Советского Союза Луке Муравицкому. Обороняя Ленинград, Лука Захарович сбил лично 3 и в группе 9 самолетов. Он таранил вражеского разведчика, совершив посадку на поврежденном самолете… Но в этой деревне родился, получил путевку в большую жизнь еще один участник Великой Отечественной, не такой титулованный, но вписавший не менее значимую строку в историю войны… Это - Петр Кучинский, за неосторожное слово осужденный и досрочно освобожденный. Командир батальона вначале красноармейского, а потом – власовского. Лично обнаруживший и опознавший главного предателя Великой Отечественной. Получивший советский орден, а потом писавший Сталину: виноват, что в плену по-большевистски храбро не умер…

В жерновах молоха

В начале 30-х граница с панской Польшей проходила всего в четырех километрах от Долгого. Зона повышенной бдительности. И подозрительности. Что нередко трагически сказывалось на судьбах местных жителей. В 1932 году кто-то из сексотов шепнул «органам», будто работник фермы Петр Кучинский произносил крамольные слова. Военный трибунал переправил Петра из приграничной зоны за решетку. К счастью, вскоре разобрались, выпустили досрочно. Без компрометирующих пометок в документах, иначе кто бы допустил неблагонадежного в очень престижное по тем временам военное училище?

В армии смышленый парень быстро прошел ступеньки командира взвода, помощника командира роты. В начале войны Петра Кучинского назначили командиром 54-го отдельного батальона обслуживания станции снабжения Юго-Западного фронта с местом дислокации в Киеве.

Батальон Кучинского, как и сотни других подразделений, защищавших столицу Украины, был обречен. Сталин кричал на Жукова: «Что за чепуха? Как смеете вы даже думать о сдаче Киева?». Гитлер требовал от генералов: «Киев взять, во что бы то ни стало – за ним простор для наступления вглубь СССР!». И уже в начале июля 41-го на киевском направлении немцы создали почти тройное превосходство в силе, хорошо отлаженная гитлеровская машина упорно продвигалась вперед. Командующий Юго-Западным фронтом генерал Кирпонос бросал под ее гусеницы последние резервы, плохо обученные, слабо вооруженные. Но 15 сентября немецкое кольцо все же замкнулось.

В Киевском котле гитлеровцы захватили в плен 655 тысяч советских солдат и офицеров, 884 танка, 3 178 орудий, сотни тысяч тонн боеприпасов, топлива, продовольствия. В этих жерновах страшного молоха оказался и Петр Кучинский.

На первых порах капитан пробовал пробиться к своим в составе всего подразделения. Но и сильно потрепанный батальон не мог найти щель в плотном немецком кольце. Разбились поротно. Потом – повзводно. Наконец, каждый начал искать путь к спасению самостоятельно.

Более полутора месяца выходил из окружения Петр Кучинский. Голодный, оборванный доковылял аж до Наро-Фоминска. Долгожданная линия фронта уже рядом. То ли от предчувствия близкой встречи расслабился, то ли последние силы оставили, но 7 ноября, когда в недалекой Москве проходил военный парад, гитлеровцы его повязали…

Более года скитался Кучинский в лагерях Малоярославца и Медына, Рославля и Кричева, Могилева и Полоцка. Капитану не раз предлагали хорошую жизнь в обмен на сотрудничество. Он отказывался. И опять – унижения, недоедания. А тут еще тиф, дизентерия, косившие пленных независимо от политических взглядов, званий. Когда поступила команда переходить в очередной лагерь, Петр еле шевелил ногами. Он понял: это конец, по дороге его просто пристрелят.

И тут в очередной раз появился вербовщик из РОА. Пообещал лекарства, продукты, хорошую должность, короче – жизнь. Кучинский согласился. С твердой уверенностью, что, окрепнув, он в первом же бою перебежит к своим.

Планам не суждено было сбыться. Капитан Кучинский командовал ротой, а потом и батальоном власовцев. Но пока их формировали, обучали во Франции, Бельгии, Голландии и Чехии, война подошла к концу. На стороне врага Петр не воевал ни часа. И, не имея крови на своих руках, охотно пошел на сотрудничество с советскими офицерами. Пути капитана Кучинского и генерала Власова сходились…

Амбиции предателя

Генерал Власов оказался также в немецком плену. Но сдался гитлеровцам не в беспомощном физическом состоянии. Начнем с того, что был генерал личностью незаурядной. В предвоенные годы его фамилия мелькала в ряду известных советских военачальников, 99-ая стрелковая дивизия, которой командовал Власов, была лучшей в Красной Армии, ее первой среди других соединений за мужество, стойкость уже 22 июля 1941 года наградили боевым орденом. При обороне Москвы 20-ая армия действовала лучше других, за что ее командующий генерал Власов получил орден Ленина. В то тяжелейшее, кровопролитное время высшая награда СССР вручалась только за исключительные заслуги. Потому Сталин и направил толкового полководца на укрепление Волховского фронта, оказавшегося в крайне сложном положении.

А 13 июля 1942 года командующий 2-ой ударной армией генерал-лейтенант Власов добровольно перешел на сторону врага. На первом же допросе он заявил гитлеровцам, что в плен сдался преднамеренно, так как с 1937 года участвует в антисталинском движении. И тут же выложил все подробности о своей армии и Волховском фронте, о своих военачальниках, оборонной промышленности страны, принципах мобилизации, иностранных поставках… Все это убедительно доказывает: Власов никакой не идейный борец против сталинизма, а обычный предатель. Что, кстати, несколько лет назад подтвердил и Верховный суд России.

В плену перебежчик начал осуществлять свои амбициозные планы: создать из советских пленных армию, вместе с фашистами на «белом коне» вернуться в Россию ее «освободителем» с претензиями на соответствующее положение в руководстве страны. Но мнительный Гитлер с большим недоверием относился к каким бы то ни было формированиям русских в своем тылу. Сблизившись с вдовой погибшего на территории СССР эсесовца, Власов с ее помощью вышел на самого Гитлера.

И добился своего… Под свои знамена Власов смог собрать только 2 дивизии не самых лучших вояк. А в перспективе он видел себя деятелем исключительно политическим…

Охота

Антисоветская активность Власова не могла не беспокоить Сталина. Соответствующим органам поступила команда: уничтожить! Но не все знают, что охота чекистов на высокопоставленного предателя началась у нас, в Беларуси. С сообщения секретаря ЦК КПБ /б/, начальника Белорусского штаба партизанского движения П. Калинина:

«Партизанской разведкой установлено, что изменник, бывший командующий 2-ой ударной армией генерал-лейтенант Власов взял на себя руководство т.н. Русской народной армией. В последних числах марта месяца Власов посетил части РНА в г. Борисов.

21 марта в издающихся в Белоруссии фашистских газетах помещена его статья «Почему я стал на путь борьбы с большевизмом». Нами даны указания держать Власова в поле зрения и организовать его ликвидацию…»

После этого народный комиссар государственной безопасности Союза ССР Меркулов написал совершенно секретное донесение в трех экземплярах – Сталину, Молотову, Берии. Где говорилось:

«Государственный Комитет Обороны, товарищу Сталину И.В.

Созданный немцами «Русский Комитет», как известно, возглавляется изменником Родине бывшим генерал-лейтенантом Красной Армии – Власовым А.А /впредь именуемым –«Ворон»/. /Орфография и стиль документов сохранены/

«Ворон», проживая постоянно в районе Берлина, периодически посещает города Псков, Смоленск, Минск, Борисов, Витебск, Житомир и другие, где немцами организованы отделения «Русского Комитета» и части «Русской Освободительной армии».

Для ликвидации «Ворона» предлагался пространный план, которым задействовались огромные силы НКГБ Белоруссии. Подобные мероприятия намечались в Смоленске, Пскове, Витебске, Калининской области. Бывший комбриг Богданов, оказавшийся в немецком плену и ставший агентом НКГБ, вошел в доверие к Власову, встречался с ним, имея при себе для акции возмездия яд. Но и гитлеровцы бдительно берегли, охраняли маститого предателя. Потому Власов в полном здравии дожил до 11 мая 1945 года. Когда судьба свела его с Петром Кучинским. Власовцем…   

Два пленных – две судьбы

Потом по делу предателя Власова Кучинский проходил свидетелем. Причем далеко не второстепенным. Вот какие показания давал он в декабре 1945 года:

«…Я продолжительное время служил в так называемой «Русской освободительной армии», сформированной Власовым при помощи германского военного командования из числа бывших военнослужащих Красной Армии, находящихся в плену у немцев, и изменников Родины. Эта РОА, командующим которой немцами был назначен изменник Советской Родине Власов, предназначалась и вела совместно с германскими войсками вооруженную борьбу против Красной Армии. Я, в составе РОА, находился в первой ее русской дивизии в должности командира батальона 3-го стрелкового полка, звание имел капитана…

Незадолго до капитуляции Германии командовавший РОА бывший генерал Власов созвал весь командный состав первой русской дивизии, где присутствовал и я, и всем нам объявил, что он на сторону Красной Армии переходить не собирается и со своим штабом ведет переговоры с командованием американской армии о переводе на сторону последней всех частей РОА. 10 мая 1945 года первая русская дивизия РОА перешла на сторону американской армии, сосредоточилась у д.Розенталь /Чехия/ и разоружилась, а 11 мая 1945 года, когда поступил приказ Власова углубиться на территорию, занятую американскими войсками, стала выходить на марш…

К этому времени к месту сосредоточения дивизии прибыли представители от советских частей и стали предлагать нам – командирам РОА – переводить свои части и подразделения на сторону Красной Армии. Я, повстречавшись с командиром батальона автоматчиков капитаном Якушевым и переговорив с ним об этом, отдал приказ своему батальону следовать на сторону Красной Армии, а сам с Якушевым занялся переводом на сторону советских войск других подразделений и своего полка первой дивизии РОА.

Когда это было сделано, и части дивизии РОА стали в большинстве своем двигаться в сторону Красной Армии, мы с капитаном Якушевым приехали в расположение штаба 162-ой танковой бригады доложить о проделанной работе… Поскольку я был одет в одежду немецкого офицера, майор контрразведки Виноградов, узнав, кто я такой, дал мне задание – разыскать, задержать и доставить ему командира первой русской дивизии РОА. Одновременно он, майор Виноградов, попросил меня постараться узнать местопребывание командующего РОА Власова. Я, согласившись с этим, с капитаном Якушевым на автомашине выехали выполнять задание на территорию, занятую американскими войсками.

На одной из развилок нас задержали американские солдаты-танкисты и дальше вглубь своей территории не пустили. Пока мы с ними на ломаном немецком языке объяснялись, мимо нас вглубь американской территории проследовала танкетка, а вслед за нею – семь легковых автомашин, в числе которых мною была опознана автомашина командира первой русской дивизии РОА…

Увидев это, я вопреки протестам американских солдат-танкистов, не пускавших нас вглубь территории своих войск, вместе с капитаном Якушевым поехал догонять американскую танкетку. Догнав ее и выскочив наперед, я свою машину развернул и поставил поперек дороги, в результате чего танкетка и следовавшие за ней машины остановились.

Залповый огонь по самолетам

Просмотром этих машин мы с Якушевым обнаружили в них все командование первой дивизии РОА и в одной из машин закрытого /замаскированного/ одеялами и плащ-палатками командующего РОА Власова, в одной машине с которым находился и его первый адъютант Антонов. Вначале мы всех указанных лиц высадили, а потом, закончив просмотр машин и развернувшись, стали следовать в составе всех семи автомашин на сторону войск Красной Армии».

А дальше – следствие. И приговор 1 августа 1946 года: Власову за предательскую деятельность в период войны, шпионаж, диверсии, убийства солдат и офицеров Красной Армии – смертная казнь. Вместе с ним были повешены его ближайшие соратники – шесть генералов, три полковника, по тем или иным причинам в смутное время перешедших на сторону врага.

Пожизненное клеймо

В Долгом теперь не найдешь человека, знавшего Петра Кучинского. Но в свое время, сразу после того, как газета «Совершенно секретно» опубликовала рассекреченные материалы о поимке предателя Власова и роли в нем нашего земляка, мне удалось поговорить с бывшим директором школы Н.Г. Некрашевичем.

- Я встречался с первой женой Петра Николаевича и из ее рассказа понял, что Кучинский – человек   с судьбой, жестоко исковерканной войной. Но незаурядный. Даже в ссылке, с клеймом власовца, Петр Николаевич смог стать воспитателем, директором школы. Можно представить, как много хорошего сделал бы этот человек при нормальной жизни…

А ее Петр Кучинский, к сожалению, так и не дождался. О пленении Власова командующий первым Украинским фронтом Конев немедленно доложил Верховному Главнокомандующему Сталину. И предоставил список офицеров, заслуживших за эту операцию награды. Помощников-власовцев в нем, конечно же, не оказалось. Но Москва, видимо, очень высоко ценила голову ярого врага большевизма. И указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 июня 1945 года за успешное выполнение особого задания капитан Кучинский П.Н. также награждался орденом Отечественной войны 1 степени.

Награда – словно прощение Петру за ношение гитлеровской формы. Но на деле чекисты не оставляли Кучинского в покое: повестки, задержания, допросы. Наконец – Подольский проверочно-фильтрационный лагерь № 174 с теми же унижениями, оскорблениями… И в апреле 1946-го отчаявшийся Петр Николаевич пишет лично товарищу Сталину:

«…Считаю себя виновным в том, что, боясь голодной смерти в плену, нарушил присягу, а по-большевистски храбро не умер в плену, как до конца не вынес всех невзгод и лишений голодного плена, что не осуществил мечты перехода на сторону Красной Армии ранее.

Одновременно прошу признать во внимание мою заслугу перед Родиной в том, что осуществляя мечту перехода на сторону Красной Армии, принял все меры к задержанию Власова А.А., тем самым не дал ему возможности остаться за границей безнаказанным за совершение преступления в измене Родине и погубившего много русских военнопленных, втянув их на петле голода в организуемую им банду в корыстных целях.

Прошу разобрать мой вопрос по всем правилам существующих законоположений и дать мне возможность свободным, честным и продолжительным трудом со всеми своими умениями и способностями искупить свою вину перед Родиной. Буду работать там, где буду полезен и где мне будет указано…».

Петра Кучинского из лагеря освободили. Помиловали. Но – не окончательно, ибо вернуться к семье в Москву ему не разрешили. «Было указано» жить в Тульской области. Со строжайшим приказом: о выполнении необычного задания никому ни слова. И длительное время арест генерала Власова считался исключительно заслугой органов КГБ…

Кстати, к ссыльному Петру Николаевичу из Москвы приезжали только дочери. Жена, четыре года ничего не знавшая о муже, вышла замуж за другого. От мужественного человека, к которому на всю жизнь приклеилось клеймо власовца, отвернулись многие друзья.

 Владимир БЫЧЕНЯ

Для добавления комментариев на форуме необходимо зарегистрироваться на сайте или войти под уже существующим именем. После чего под статьей появится форма добавления комментария.