telegram lider-press

Поисковики до сих пор находят солдат Великой Отечественной, пропавших без вести, восстанавливают их героические имена и возвращают бойцов домой.

Сегодня можно много говорить и рассуждать о войне. Но с какой бы стороны мы ни смотрели, все взгляды сведутся к одному – к смерти.

Да, у войны дыхание смерти, а живет и питается она кровью, кровью и умывается. Война приходит внезапно. Ударом кованого сапога в живот вчера обнимавшей тебя матери, когда ты еще вчера уткнувшись плакал по сбитой коленке. Истошным криком твоей младшей сестренки в горящей пижаме. Посеченной осколками упавшей бомбы с черного крыла семьей... Да, так приходит война. По-другому у нее не получится, да и не надо ей по-другому.

Стоишь и всматриваешься в стелющийся утренний, с такой непонятной прохладой, туман. Воображение ловит отступающие, голодные, израненные и местами покалеченные полки. Иногда эти три составляющие переходят все грани человеческого состояния и смотрят на тебя звериным оскалом, словно раненное животное, готовое на последнем вздохе на неимоверный бросок. По ночам, выкручивая жилы из солдатских рук, с криком «И р-р-раз! И два-а-а!» перетаскивали через сотни болотцев машины и имущество. Сбивая сотнями пары ботинок и сапог, шли вперед, отрываясь от врага.

Люди умирали тихо. Разрыв, черный столб, бугор серой шинели в черной болотной ране, слабый всплеск и пузыри на воде. Скрежет зубов от бессильной злобы, от ненависти к себе за отсутствие возможности дать сдачи. Ненависть эта за погибших так запросто – как плата за свой тупой, ноющий многодневный страх – делает шаг вперед при команде: «Добровольцы, выйти из строя!» Эта команда звучит каждый вечер. И каждый вечер взвод добровольцев остается на высоте и провожает уходящую колонну, чтобы дать ей шанс и получить шанс отомстить самим.

Все лишнее: противогазы, вещмешки – летит на землю. Такие дорогие и важные, казалось бы, в жизни вещи перестают иметь всякую ценность, когда ты сделал из строя шаг вперед. Этот шаг, наверное, самый важный в жизни на Земле и в жизни после, именно этот шаг навсегда убивает порочные чувства: страх, ложь, подлость, трусость, зависть, лицемерие. Этот шаг давит, как поганую змею, все порочное в человеке, возвышая его над собою и над другими. Самый важный в жизни шаг, самый осознанный и, зачастую, последний. У каждого такого человека остается только самое дорогое: медная ложка в кармане, подаренная трехлетней дочуркой перед расставанием, карточка любимой жены с улыбающимися детишками, фото матери и строгого, но любимого отца… Да все что угодно, все только самое ценное, даже мысли о родном колодце и плетеном заборе. Вот с этим и сделали они свой главный шаг в темноту, оставив после себя безмолвие.

А в это время за тысячи километров кольнуло в сердце родного человека, и, почувствовав беду, мать зажгла свечу и произнесла молитву. Все… Больше ничего…

Как разрывалась душа тех, кто получил на руки извещение со словами «Пропал без вести»! Эти постыдные слова «Пропал без вести»… Каково было видеть радость соседки, встречающей своего хоть и покалеченного, но живого мужа. Хоть калека, но ведь живой и вернулся, а у тебя в душе все кричит от обиды: «Пропал без вести»… Вот и детишки в школу пошли, а ты все ждешь, не веришь, думаешь, вот-вот вернется мой любимый, войдет во двор, подойдет к колодцу и, выпив сперва воды и скинув с себя вещмешок, забежит в дом. Нет, не зайдет…

Пройдет 78 лет, и пожилой дочке придет письмо, что папка ее нашелся – в воронке от бомбы, и нашли его поисковики. Что папка-то не пропал без вести, а геройски погиб, взяв огонь на себя. Что, прикрыв собою, дал возможность выйти из горящего от пуль кольца своим, таким же, как он, товарищам. А в маленькой бандерольке по почте пришлют ей те вещи, которые нашли при нем: старую окисленную детскую медную ложку, которую она будет долго рассматривать и что-то смутно вспоминать, а в конце концов произнесет: «Мой папка нашелся!» Залившись слезами, вспомнит куклу, которую она кормила в детстве этой ложкой.

Пронесется перед глазами вся жизнь: военное детство, послевоенный голод, неимоверный труд матери, чтобы прокормить их, троих детей. Мама, не дождавшись мужа, уйдет из этого мира. И осознает, что вот все-таки не зря она вернулась в свой родной поселок, как-будто бы что-то говорило в душе ей, что вот – вернется-то папка, некуда ему больше возвращаться. Вернулся ведь!

Над деревенским погостом прокатился хлесткий залп, залп как в тот день, в сорок первом, только залп этот был салютом – салютом герою, который вернулся домой.

Необходимо каждый день задавать себе один и тот же вопрос: «А смог бы я сделать этот самый главный и важный шаг?» И чем сложнее будет на него честно ответить, чем дольше не будет однозначного ответа, тем честнее ты будешь перед ними и перед собой.

***

Захожу во двор, выходит женщина 65 лет, бывшая учительница. Раньше молодая была, очень симпатичная. Сегодня постарела, но в лице виден тот облик молодой и эффектной девушки. Все говорит о ее интеллигентности – и походка, и ее жесты приветствия. Принимаю приглашение зайти. В доме чистота и порядок, горит истопка и стоит чудный запах домашней кухни.

– Что привело вас ко мне? – вопросительно смотрит женщина.

– Когда я был еще подростком, ваш родственник рассказал, как закопал трех военнослужащих у себя во дворе. Двоих под забором – вон там! (Показываю пальцем направление.) А одного вот с этой стороны дома, прямо у фундамента. Разрешите обследовать территорию и, по закону, поднять останки бойцов. Ведь наверняка есть родственники, которые ждут. Да и их души упокоятся.

– Я никому ничего не разрешу обследовать, а тем более откапывать. Их уже нет, они сгнили и растаяли. Их унесли подводные реки... Нет и еще раз нет!

– Простите за беспокойство. Наверное, мне пора.

Дверь тихо закрылась, и лишь шелест листьев и морозное ветреное утро подгоняли меня быстрее пройти отрезок пути. На секунду поднял голову, посмотрел на крону огромного дуба, представив, что, лежа здесь, эти трое неизвестных так же смотрели на верхушку дуба и понимали, что жизнь угасает. Темнота. Досада. Боль не увидеть больше своих родных... Что они чувствовали? Не знаю.

Сидя в машине, понимаю, что не стоило и надеяться на успех в этом деле, но чувство определенности все-таки радует. Дай Бог многие лета бывшей учительнице и земля пухом ее родственнику, с первых дней находившемуся в полиции по добровольному согласию, а по прошествии нескольких лет перешедшему в Армию Крайова, отсидевшему после войны и, проживши такую невероятную жизнь, оставившему после себя достойных уважения потомков!

На фото: поиски и захоронение останков солдат великой отечественной войны

Виталий ИВАНОВ, директор Солигорского краеведческого музея

Фото автора и Дмитрия Бичукова

Для добавления комментариев необходимо зарегистрироваться на сайте или войти под уже существующим именем. После чего под статьей появится форма добавления комментария.